Главная » Статьи » Жизненные ценности » Это любопытно

Чего боятся немцы

Вранье, что главные и отличительные черты немцев - пунктуальность и бережливость. Грубо говоря, главная и ценнейшая их черта - трусость. Мягко выражаясь - осторожность. Именно в страхах следует искать основы и обоснования немецких бережливости,пунктуальности, честности и жажды порядка.

Страх руководит всеми сферами жизни и деятельности стандартного немца, и именно поэтому в Германии всё под контролем, каждое действие (и его отсутствие тоже) застраховано, запатентовано, законодательно разработано, зафиксировано и рассчитано до мелочей. Дабы ничего такого не случилось. Дабы не было странностей, неточностей, непонятностей, необъяснимых явлений, не урегулированных отношений, нестандартных ситуаций. И так, изо дня в день, отлажено и сплоченно, по единой для всех инструкции перфектно функционирует немецкое общество.

Замкнутый круг По статистике, которую опубликовало на днях самое популярное в деловых кругах немецкое издание Spiegel, первое, чего боятся немцы, это AngstvorderSchuldenkrise, страх долгового кризиса или страх оказаться в неоплатном долгу. Отсюда - панический страх потерять работу, которая дает возможность оплачивать долги. Но корни этого страха находятся с другом, куда более сильном, даже мучительном немецком чувстве - страхе жить хуже других, беднее.

Немцы - народ стадный, недаром именно в Германии испокон веков отлично приживались и сплоченно действовали всевозможные массовые организации, движения и группы. И сегодня, первое, что делает немецкая мать, когда ребенок пересаживается с горшка на унитаз, это отдает отпрыска в Verein (клуб по интересам, часто - спортивный), где все за одного и все, как один. Ребенок подрастает и становится образцовым гражданином своей страны, таким как миллионы других, ни чуть ни хуже. Чтобы быть не хуже, нужно жить в отдельном доме с террасой и садиком, зарабатывать не менее трех тысяч евро нетто в месяц, иметь достойную машину, отлично разбираться в футболе и минимум раз в год отдыхать, скажем, на Тенерифе или на Майорке. А чтобы все это получить, включая Тенериф, поначалу надо влезть в долги. Именно с долгов начинается сознательная жизнь большинства немцев: кредиты на машину, дом, отдых, учебу или повышение квалификации, которые они оплачивают на протяжении почти всей жизни.

Получается замкнутый круг: страх быть беднее других порождает страх оказаться в долговой яме, который в свою очередь тянет за собой еще один страх. AngstvorsteigendenLebenshaltungskosten - страх перед ростом стоимости жизни. Он стоит на втором месте в рейтинге классических немецких страхов.

В России считается почти неприличным жаловаться на нищету или на невозможность позволить себе нечто дорогое. Русский человек генетически привычен к скачкам цен. Немцы такой привычки лишены, поэтому до сих пор редкий бюргер, покупая, например шарик мороженного за евро не вспомнит, что 20 лет назад точно такой же шарик стоил 45 пфеннигов, что приблизительно равно 9-ти центам.

Русским это снова может показаться странным, но на третьем месте в статистике страхов находится страх перед перегруженностью («синдромом выгорания») политиков (UberforderungderPolitiker). Немцы на полном серьезе очень переживают за то, что могущественные, но уставшие от работы политики в какой-то момент устанут до такой степени, что примут неверное решение.

Далее в рейтинге немецких страхов - страх перед ухудшением экономической ситуации в стране, природными катастрофами и страх перед чужаками. Официально чужаков бояться 52 процента немцев. Но это не совсем верная цифра. Поскольку те, кто говорит, что не боится чужаков, боится признаться в этом и быть обвиненным в не толерантности. Кстати, это обвинение вполне может быть приравнено к преступлению в Германии.

Отсюда - бесконечные двойные стандарты, главенствующие в немецком обществе и в политике страны. С одной стороны, немцы чрезвычайно патриотичны (этот патриотизм часто сублимируется в футбольном фанатизме, например, или в трепетном следовании старинным народным традициям и законам). С другой стороны, они отлично понимают, что нация, однажды в угоду социал-националистическим идеям, уничтожившая миллионы человеческих жизней, просто не имеет права не уважать другие нации.

До сих пор каждый немец внутренне болезненно переживает парадоксы Второй Мировой: его отец или дед уничтожал невинных людей, но ведь это был его отец или дед! Психически немецкий народ еще не отработал это несоответствие, и поэтому немцы боятся говорить о войне. Большинство считает эту тему неприличной, некоторые даже обидной. Но если уж зашла речь, то тут же скажут: - А у вас в России был Сталин и он - в сто раз хуже Гитлера! Есть мнение, что многие немцы страдают даже не из-за того, что на их земле расцвел фашизм, и не из-за того, они проиграли войну. «А из-за того, что проиграли нации, по их мнению, не во всём полноценной. Вот если бы они её проиграли одним только американцам, то обид, мне кажется, и не было бы совсем, а здесь вышло так, что не те им надрали задницу» - пишет один русский блогер, давно живущий в Германии.

Это может показаться странным, но немцы, при всем многообразии возможностей узнать о России больше, не знают о ней практически ничего. Мои дети, ученики одной из лучших гимназий Хессена, провели опрос среди одноклассников: Что ты знаешь о России? Ответов было только три: водка, злой Путин и бездомные собаки. В старшем классе одна девочка назвала еще Диму Билана.

Я в свою очередь, тоже не раз говорила с самыми разными немцами о России. Высокообразованные немцы, конечно, могут рассказать и о красотах Крыма и о Достоевском. Но их - меньшинство. Стандартный немец вспомнит водку, Путина, жестокости Сталина, русское имя Катюша, которое иногда произносил отец или дед и, возможно, первого человека в Космосе.

Многие на уровне генетической памяти, видно, опасаются русской речи. Например, в одном офисе вместе с немцами работают два итальянца, говорят между собой на своем языке - без проблем. Тоже самое с турками, сербами, поляками. Но стоит заговорить, например, в супермаркете небольшого немецкого городка по-русски, испуганные взгляды бюргеров и бюргерш в твою сторону обеспечены.

Один немецкий учитель предпенсионного возраста мне рассказывал, что в детстве, играя, устрашающим кличем западно-немецких детей был: «Русские идут!» - Не говори немцам «Я - русская!», - советовал он мне, - говори: «Я приехала в Германию из Москвы». Это звучит мягче и корректнее для немецкого уха. Один мой знакомый, эмигрант из России, рассказывал, что из-за своего русского языка однажды даже поплатился рабочим местом. В немецкой фирме, где он работал, появился еще один русскоговорящий, этнический немец, переселившийся в Германию из Казахстана. Иногда они позволяли себе при коллегах перекинуться парой фраз по-русски. И через пару недель вежливые немецкие коллеги, написали на них кляузу руководству компании с требованием «запретить русским говорить на русском, так как это мешает рабочему процессу и портит психическое здоровье».

Типичный немец никогда не снимет квартиру в доме, где проживает большинство иностранцев, не поселится в районе ауслендеров, не будет отовариваться в китайском или русскоммаркете. Но турецкую, греческую или итальянскую кухню немцы уважают. Видимо, потому что классическая немецкая кухня очень однообразна и часто вредна для желудка: жареные баварские колбаски, тушеная квашеная капуста, маринованное в уксусе мясо - это не самая диетическая и разнообразная пища, тут и спорить нечего.

Еще один парадокс: несмотря на подсознательный страх перед чужаками, Германия ежедневно принимает огромное количество беженцев и гастарбайтеров из других стран. Что касается гастарбайтеров, которые прибывают в основном из Турции, Греции, Польши, Хорватии, то в первую очередь это связано с нехваткой элементарных рабочих рук. Именно рук, поскольку гастарбайтеры трудятся в Германии исключительно на «ручных», «грязных» работах, которые для коренного населения «zuschlechtbezahlt» (слишком плохо оплачиваемые) и «zustinkig» (плохо пахнущие, вонючие).

Еще в пятидесятых годах восстанавливать до основания разрушенную страну прибыли миллионы турецких и итальянских рабочих. Их потомки сегодня стали полноценными гражданами Германии, но в подавляющем своем большинстве сохранили свои традиции, язык, жизненный уклад. Замечательно интегрированные в немецкое общество, они и сегодня живут по своим понятиям: на работу в первую очередь берут соотечественников, бурно отмечают народные праздники, общаются друг с другом на родном языке. Их немцы не бояться: привыкли за десятилетия совместной жизни.

Другое дело - современные беженцы и переселенцы из Восточной Европы, Африки и Азии. У большинства немцев именно они вызывают с одной стороны несколько брезгливое чувство, с другой - страх. Это страх перед неизвестностью, который в России всегда был чем-то сродни азарту, но в Германии воспринимается как катастрофа.

Немцы не знают, как думают, живут, «функционируют», скажем, молдаване или цыгане, и лишь по этой причине очень бояться их. А также, как люди чрезвычайно экономные, они не могут смириться с мыслью, что деньги от их налогов идут в карман непонятным, незнакомым, непохожим на них людям. «BesserGeldfurOma, alsfurSintyundRoma» (лучше отдать деньги бабушке, чем индусам и цыганам) - этот девиз право-радикальных немецких партий я не раз слышала в разговорах даже самых демократично настроенных немцев. Поскольку мыслят логично, рационально, и, следуя элементарному чувству справедливости, не могут понять: почему миллионы из государственного бюджета расходуются на содержание иностранцев, а не используются для нужд родных людей? Но немецкое правительство, точно играет на национальных чувствах коренного населения: из года в год принимает все большее число необразованных беженцев, некоторые из которых даже душем толком пользоваться не умеют, кормит, поит, лечит, одевает их за свой счет, дает приличный кров и пособие (от 400 евро на человека в месяц, в зависимости от потребностей).

В благодарность за теплый прием подавляющее большинство беженцев, привыкнув ко всему бесплатному, и не собирается интегрироваться. По статистике, именно среди иностранцев в Германии самый высокий процент преступников и нарушителей закона.

Кстати, в первые несколько лет жизни в Германии беженец не имеет права работать: правительство уверено, что дефицитные рабочие места в первую очередь следует давать коренным гражданам страны или тем эмигрантам, которые живут здесь давно. Один мой знакомый (беженец из Эфиопии), толковый парень по имени Соломон, приехавший в Германию два года назад, и в те времена даже не знавший, что такое стиральная машина и газовая плита, жаловался, что несмотря на все попытки вылезти из под опеки государства, начать самостоятельную жизнь, так и не смог это сделать: - Работать официально я не имею права. Чтобы начать учиться, нужно переехать из деревни, в которой нас разместили, в большой город. Снять комнату в городе - не хватает пособия, ездить каждый день на учебу на поезде или автобусе - тоже очень дорого. Начал работать «по-черному», неофициально, уборщиком в итальянском ресторане. Шеф-итальянец платил 7 евро в час. Но кто-то настучал в министерство по трудоустройству, что я работаю неофициально. Пришлось вернуться к стандартной жизни беженца: сижу целыми днями в общежитии со своими друзьями, играю в карты и нарды, в выходные - «бузим».

Испокон веков в Германии существует термин «Fremdenhass», ненависть к чужакам, есть даже пословица «Тот, кто не прожил с нами бок о бок 8 лет, не может называться соседом». Во многих областях Германии, в глубинках, провинциях (а Германия - страна провинций) человек, говорящий с акцентом или выглядящий иначе, воспринимается осторожно, а часто даже враждебно. Видимо, снова в силу политических причин, поскольку на протяжении всей своей истории Германия была либо страной обороняющейся, либо воюющей. А в настоящее время высокий процент преступников среди иностранцев только усугубляет ситуацию.

По своей натуре немцы очень честный и справедливый народ. Эти качества часто отсутствуют у переселенцев. Где-то, как-то можно обойти закон, получить выгоду, игнорируя принятые нормы и правила, слукавить, обсчитать, скрыть правду, именно иностранцы в Германии, часто в силу глубоких национальных традиций, идут на это. Поэтому сегодня страх перед чужаками у немцев часто вполне оправдан.

Немцы очень легковерные и даже наивные. Особенно охотно они верят во всевозможные страшные псевдонаучные «сказки», прогнозы и предостережения. Профессор статистики Дортмундского университета Вальтер Кремер (Walter Kramer)в своей книге «Страх недели», ставшей в Германии бестселлером, составил список самых необоснованных немецких страхов. Коровье бешенство, птичий грипп, асбест, диоксин, поливинилхлорид, радиоактивное излучение от контейнеров с отходами АЭС, электромагнитное излучение от ретрансляторов сотовой связи, повышенное давление, пониженное давление, - то, что у нормального россиянина в худшем случае вызывает пятиминутную озабоченность, немцев ввергает в массовую панику.

Например, недавно несколько сот немцев в прямом смысле слова легли на шпалы, когда узнали, что мимо их населенных пунктов последует товарняк с ядерными отходами, которые были, разумеется, обезврежены по всем правилам маниакальной немецкой экологической безопасности. Дабы предотвратить самоубийства на всем протяжении следования поезда вдоль железнодорожных путей были выставлены отряды полицейских.

В 2010 году немцы были настолько встревожены сообщением, что в куриных яйцах высок процент диоксина, что бауеры были вынуждены «добровольно» уничтожить миллионы куриных яиц. И до сих пор типичные немцы покупают исключительно био-яйца и био-кур. Также многие из них отдают предпочтение всем остальным продуктам с маркировкой «био», включая био-сигареты. Этим можно легко объяснить стремительный взлет и бешенную популярность партии «Зеленых» в Германии.

К необоснованным страхам немцев относится и страх перед погодными явлениями: снегом, холодом, жарой, засухой, дождями. Любая существенная непогода вызывает истерику. Например, стандартный германский снегопад: под утро слегка припорошило дороги и поле за окном побелело. Будьте уверены, что в это утро многокилометровые автомобильные пробки накроют Германию. Автомобили поедут не быстрее 20 км. в час, люди не выйдут без экстренной надобности на улицу. В мороз ниже 10 градусов детям официально разрешено не ходить в школу. Немецкие города и деревни в снегопад вымирают, затихают, и лишь на стенах домов одиноко висят тела повешенных Санта - Клаусов.

«Почему именно немцы коллективно паникуют по казалось бы каждому незначительному поводу», - задаются вопросом дотошные немецкие ученые, и один из них, профессор Вальтер Кремер, дает ответ: «Немец - это принцесса на горошине. Нам слишком хорошо живется, слишком спокойно, сытно, богато.

У нис мало реальных угроз в жизни, вот мы и клюем на подтасованные страшилки». Я бы добавила, что к слишком спокойной жизни следует добавить натуру немца, он исстари слишком осторожен, он - перестраховщик. Спонтанность, оригинальность, экстравагантность, неожиданность, неопределенность, нелогичность, провокативность и парадоксальность убийственны для среднестатистического немца.

«Успокаивать и только в крайнем случае предостерегать» - по такому принципу работает немецкая журналистика. И если говорить о ней, то, она, как и все немецкое, не терпит инакомыслия.

Политические дебаты, социальные программы, народные ток-шоу в Германии скучны и поверхностны, но именно благодаря своей скучности они достигают высоких рейтингов. Будоражить умы, сеять панику, провоцировать запрещено и даже наказуемо. Всё застраховано и все под контролем «Если война, танки едут, солдаты бегут, самолеты летят. Вдруг танк сломался. Русский полезет его чинить, а немец - звонить в сервис». Этот старинный анекдот четко отображает разницу в менталитетах русского и немца.

У немца на любой случай, для любой ситуации есть страховка, техника безопасности и инструкция по применению. Приведу простой «детский» пример.

Мой сын играет с немецкими одноклассниками в футбол. Мяч попал в заросли крапивы: - Пропал мячик! Теперь его не достать! - плачут немецкие мальчишки. Для них крапива - опасна. Мой сын лезет в траву и достает мяч, а немецкая детвора бежит жаловаться учительнице, что «этот русский рискует своей жизнью, подвергает себя опасным испытаниям и пренебрегает правилами безопасности».

Кстати, из соображений безопасности в большинстве немецких городов запрещены турники, те самые, которые стоят у нас почти в каждом дворе. Хотите качать мышцы, идите в спорт-клуб, там вас обяжут оплатить в том числе и страховку в случае падения с турника.

Они сами про себяговорят: «Даже в солнечную погоду немец не выйдет из дома без зонтика». И это так. Меня, например, уже 2 раза оштрафовали на 15 евро за езду на велосипеде без шлема и без фонаря.

«Kindertrauma» - детская травма, любимое словосочетание немецких родителей. На детей нельзя кричать, за шлепок по заднице можно легко лишиться родительских прав, детям до 18-ти лет нельзя смотреть подавляющее количество фильмов и читать, на русский взгляд, самые нужные книги (например про войну, семейные трагедии, драмы). Только в последнем, 13-м, классе гимназии, девятнадцатилетние школьники подходят к немецкой лирике и философии (читают в адаптированном под современное мышление и современный немецкий язык «Фауста» Гете). В силу своей гипер-осторожности немцы не жалеют деньги на всевозможные страховки.

Каждый житель Германии помимо медицинской страховки имеет так называемый «Haftpflichtversicherung» - страхование гражданской ответственности. Я бы назвала его «А что если...

«, стоит это страхование в зависимости от количества вариантов всевозможных несчастных случаев, от 30-ти евро в год. Если автомобиль на улице, проехав по луже, забрызгал твое пальто, кто будет платить за химчистку? Если твой малыш, играя в песочнице, сломал чужую лопатку, кто будет платить за сломанную игрушку? Если голуби обгадили твой балкон, кто будет платить за мытье балкона? Если соседская кошка испортила твои обои, кто будет платить за поклейку новых? Многообразие вымышленных ситуаций и безграничность фантазии страховщиков в Германии не знает предела. Но немцам и без страховщиков только дай пофантазировать!

Вот смешная по русским меркам история из моего личного опыта: на родительском собрании в школе родители и учителя несколько часов в бурной дискуссии пытались понять, какая страховка будет работать если ребенок, добираясь до школы, поранился: медицинская страховка ребенка, страховка школы, страховка ребенка от несчастных случаев в пути, или необходимо купить отдельную страховку от происшествий по дороге в школу? Немцы страхуются от всего: от несчастных случаев в пути, дома, на работе, на отдыхе, от непредвиденных обстоятельств. И страхуют все по максимуму: машину, квартиру, сад-огород, домашних животных, дорогую одежду и украшения, бытовую технику. Причем нужно не просто застраховать, скажем, велосипед сам по себе, нужно, чтобы в страховке были обговорены все несчастные случаи, которые могут произойти с вашим велосипедом: если его украли у дома, если его стащили на стоянке у магазина, если у него прокололи шину, если отвалился фонарь и так далее, вариантов - бесконечное множество и все они должны быть прописаны в страховке и соответствующим образом оплачены.

- Если бы мы не покупали страховки, мы были бы миллионерами! - говорят многие.

- Так не платите! - всегда парирую я.

- А если....

- задумываются немцы. И начинают перечислять страшные истории из новостей, фильмов ужасов или рассказов соседок. Возможно тут срабатывает самовнушение, поскольку эти истории порой действительно случаются. И только на территории Германии.

- У меня - овчарка, - рассказывала как-то мне одна знакомая пенсионерка, - Спокойная собака. Но однажды она вдруг облаяла пуделя на улице. Через пару дней мне пришло письмо о том, что я должна выплатить штраф за «нанесение психической травмы пуделю». Хорошо, что у меня была страховка на собаку, с помощью которой я легко решила эту проблему.

То, что для русского человека выеденного яйца не стоит, рабочая ситуация, мелочь, в немецком понимании может восприниматься как катастрофа городского масштаба. Вот, например, недавно «глобальная катастрофа» произошла на трассе через Ульм, тот самый, где родился Эйнштейн. На мосту через Дунай полиция перекрыла движение. Немецкие спецназовцы, в черной экипировке, в масках и шлемах, все вооружены до невозможности, в руках - автоматы, на боках - пистолеты, гранаты и прочие подсумки, а на тренированной груди - бронежилеты, группами выпадают из военных автобусов и тут-же становятся на колено, во все стороны света направляют оружие, а между ними слаженно занимают позиции снайперы. Террористы атаковали Ульм? Партизаны? Война началась? Нет! Просто на мосту через Дунай перевернулся грузовик с животными, из него вышли несколько коров и спрятались с перепугу в траве, под мостом. Так вот власти Ульма усмотрели в этом «катастрофу глобального масштаба» и решили ликвидировать «беспорядки» силами полицейского спецназа.

Теперь представьте подобную ситуацию на какой-нибудь трассе в Твери. «Ничего страшного и необычного», - решил бы шофер Василий и, позвонив армейскому дружку, ликвидировал бы «катастрофу».

Страх как двигатель прогресса «Мы, немцы, не боимся никого, кроме Бога», - говорил «железный канцлер» Отто фон Бисмарк почти 200 лет назад. Современная немецкая журналистка Сабина Боде, автор популярной в Германии книги «DiedeutscheKrankheit - GermanAngst» («Немецкая болезнь - страх»), считает, что «корни всех немецких страхов следует искать в чувстве вины, возникшем у немцев после Второй мировой войны». Огромная, почти маниакальная потребность безопасности и стабильности в немецком обществе может быть связана с неотработанной травмой послевоенных лет: целое поколение немцев выросло с чувством вины, в нищете, потеряв близких, лишившись здоровья и крова. И даже, когда германские города выстроили заново, памятники архитектуры и истории восстановили, немецкий режиссер Вольфганг Штаудте (Wolfgang Staudte) словами героя одного из своих фильмов воскликнул: «А как же быть с внутренними руинами, которые остались в Германии?».

И еще одна цитата из популярного немецкого послевоенного фильма, которую любят вспоминать интеллектуалы Германии: «Война закончилась, началась война внутри каждого из нас». Война - это прежде всего страх. Но именно страх, как писал Серен Кьеркегор, «таит в себе бесконечные шансы и возможности, которые служат мотором человеческого развития». Возможно, именно благодаря немецким страхам сегодня Германия является лидером в экономике и одной из самых стабильных стран в Европе.

Источник: http://svpressa.ru/blogs/article/120616/
Категория: Это любопытно | Добавил: ivanchay071 (05.05.2015)
Просмотров: 239 | Теги: зримо